ТЭО ПИВ и басмачество – братья-близнецы

В воспоминаниях о безжалостно убитом земляке, Герое Советского Союза Хайдаре Косимове

его уважаемые друзья Директор средней школы №4 Джайхунского района Каноатшо Абдуллаев и Председатель Совета ветеранов войны и труда Кобилджон Зулматов выразили уверенность в том, что террористическо-экстремистская организация Партия исламского возрождения (ТЭО ПИВ) есть продолжение басмачества 20-30 х годов. “Последние также убивали учителей, отрезали головы представителям интиллегенции. Басмачи большевиков тоже называли неверными – кафирами . Когда “неверный” строил школы, дороги и мосты, бесплатно обучал, лечил, он разве делал это во преки учениям ислама?!. Наоборот, так называемые борцы за ислам, взрывали мосты, убивали интиллегентов, повесили двух трех учителей в Хайите”.
Действительно, у цивилизованных людей басмаческое движение асоциируется искючительно с жестокостью и отсталостью. Однако сегодня отдельные псевдоучёные и лжеполитики, пытаясь героизировать и романтизировать басмачей, называют этих отпетых профессиональных головорезов народными героями, защитниками обиженных и угнетённых, пытаются изобразить их борцами за национальную идею и независимость Туркестана. С их подачи, вопреки здравому смыслу, басмачество может расцениваться как явление, способное мобилизовать нацию под флагами восстановления «истинного ислама».
Такой же позиции, по принципу «рыбак рыбака видит издалека, придерживается руководитель ТЭО ПИВ. Говоря о независимости Таджикистана, Кабири эмоционально и тепло вспоминает о басмачах, называя их «воинами, желающими национальную независимость». Предводитель ТЭО ПИВ критически относится к тому, что советская идеология «специально очернила «освободительное» движение басмачества. По сути, он объявил басмачей «гордыми отцами и дедами», возвёл их на пьедестал, представляя народными героями.
Легко развеять этот миф на примере огромного негативного сходства современной ТЭО ПИВ с басмаческим движением 20-х годов прошлого века. Нетрудно провести аналогию поступков, мышления, взглядов, ценностей, действий Кабири и предводителя басмачества Ибрагимбека. Хотя, конечно, значительно уступает, проигрывает фигуре последнего по авторитетности и харизме.
Заинтересованные радикальные силы, рупором которых является руководство ТЭО ПИВ, пытаются представить возрождение басмачества, этого стихийного движения прошлого века – одним из способов консолидировать современное исламское общество против «неверных». Но, уже в самой религиозно-политической идеологии басмачества заложены взаимоисключающие понятия. Панисламизм (т.е. представления о единстве и солидарности мусульман всего мира независимо от их государственной, расовой, национальной и социальной принадлежности и необходимости их сплочения в едином мусульманском государстве) и тюркский национализм (близкий к шовинизму, утверждающий превосходство над другими народами). Здесь заключены непреодолимые противоречия и никакая консолидация невозможна.
Ещё недавно руководители ТЭО ПИВ и её боевики тянули земляков назад, в прошлое. Подобно басмачам 20-х годов ушедшего века, которые под знамёнами ислама и этнической независимости (деление на национальности в то время не велось) отвергали советскую власть с её атеизмом и социальной справедливостью. Басмачи отрицали любой прогресс и образование, препятствовали реформам, расправлялись с активистами советской власти на местах, мечтали вернуть эмира. Басмачество, указывая на наличие таких ценностей, как свобода и справедливость, пыталось достичь их нецивилизованными, варварскими методами. Противостояние нынешних главарей террористических и бандитских групп, особенно ТЭО ПИВ, сходно со способами борьбы басмачей, которые действовали спонтанно, тайно, по-шакальи, не вступая в открытые боестолкновения. Методы боевиков ТЭО ПИВ аналогичны: «Ночью в кишлак вошли несколько неизвестно откуда прибывших бородачей, провели с местным населением разъяснительную беседу, а к утру уже все женщины вышли в «парандже». (Из воспоминаний свидетеля, 90-е гг.)
Басмачи привыкли к безвластию (в государственном понимании), могли обходиться без любого правительства. Первые басмаческие группировки возникли на территории Кокандского ханства. Их вожаками стали чужеземные вояки: Ибрагимбек, Куршермат, Ахмед Заки Валидов. Из-за границы ими руководил бухарский эмир Алимхан. Главарями банд басмачей были также баи, муллы, беки и прочие. В Таджикистане такие лидеры и их разбойное движение поддержки не получили. Сегодня над ТЭО ПИВ также верховодят иностранцы.
В те времена басмачей поддерживали Турция, Китай, Афганистан и США. Особенно активно сотрудничали и опекали басмачей англичане. Ещё во времена интервенции в 1918-20 гг., во время гражданской войны в России Великобритания скрыто вмешивалась во внутренние дела Туркестана: в виде финансовой и военно-технической помощи контрреволюционным силам и в качестве военного вторжения. Сегодня подобную игру ведёт Исламская Республика Иран, координирующая и финансирующая деятельность ТЭО ПИВ, вмешивающаяся во внутренние дела Таджикистана.
Идеологической основой басмачества был исламский фундаментализм и тюркский национализм. Симпатия Кабири объясняется тем, что боевики современных ТЭО близки именно к басмачам (от тюрк. басмак — совершать налёт), а не к муджахидам, как любят себя называть они сами. Если последние воюют, борются за веру, то басмачи, прикрываясь зелёными знамёнами ислама, совершали налёты в первую очередь для достижения «социальной справедливости» в их понимании. Для перераспределения материальных ценностей, возврата правления эмира и дележа власти.
Движение басмачества, для окончательного разгрома которого советским властям понадобилось десятилетие (с 1922 по 1933 гг.), противоречит национальным, государственным интересам современных таджиков. Следовательно, безосновательные призывы Кабири героизировать этот артефакт необходимо расценивать как социальный и политический заказ, предательство интересов народа, пособничество внутренним антиконституционным и внешним деструктивным силам.

Тамара Обидова, преподаватель